Он умел главное – уважать людей. Памяти Наира Алиева

Наир Алиев – заслуженный журналист Азербайджана, чье имя и статьи навсегда вписаны в историю отечественной публицистики. Был он и постоянным автором газеты «Каспий» – вел рубрику «Эксклюзив». 21 августа исполняется два года со дня его ухода.

Наир Алиев обладал редким даром – умением не просто четко формулировать мысль, а искренне уважать людей, будь то читатель, коллега по редакции газеты «Эхо» или близкий друг. И потому спустя годы память о нем продолжает жить не только в архивах, но и в сердцах тех, кто работал с ним бок о бок.

Автор новой книги – ученый, писатель и журналист Александр Хакимов посвятил свой труд памяти Наира Алиева. На первый взгляд, это масштабный сборник публицистики, охватывающий колоссальный спектр тем – от стихий и тайн человеческой цивилизации до космоса и размышлений о будущем. Но как признается сам автор, прежде всего это дань уважения человеку уникального масштаба.

В канун дня памяти Наира Алиева мы побеседовали с Александром Хакимовым о личной философии его коллеги, феномене характера, который сочетал в себе бескомпромиссность с удивительной деликатностью, и о том, что сегодня таких людей очень не хватает нашему обществу.

– Ваша книга охватывает массу тем, но вы посвящаете ее газете «Эхо» и лично Наиру Алиеву. Почему?

– В журналистику я пришел в 1990 году в буквальном смысле с улицы, не имея специального образования, но обладая прирожденным талантом. Сразу же очертил для себя круг тем: просветительство, популяризация науки, зачастую в форме мистификации. Карьера давалась мне очень трудно. Все мои материалы отвергались с кратким определением «неформат». И так из года в год…

А вот в газете, где заместителем главного редактора тогда был Наир Алиев, ко мне отнеслись весьма доброжелательно, согласились сотрудничать и принимать материалы в том виде, в котором я их создаю. Со временем мне даже поручили вести колонку. Поэтому я назвал свою книгу «Шанс для неформата». А Наиру посвятил ее в знак благодарности за доверие и поддержку. Увы, его больше нет с нами, а память о хорошем человеке следует сохранять. Моя книга – как раз пример такого формата памяти.

Подчеркну: «Шанс для неформата» написана не по чьему-либо заказу, а по велению души, из чувства признательности. Кроме того, хотелось как-то запечатлеть память о газете, ее славных сотрудниках и царившей там творческой атмосфере. Добавлю, что проект мой абсолютно некоммерческий. Книга издана малым тиражом на средства автора и нигде не продается. Но она есть, и это для меня важно.

– Что в связи с Наиром вам вспоминается чаще всего?

– Воспоминаний много, но чаще всего я вспоминаю историю создания эссе «Накануне». За несколько дней до мнимого конца света, якобы предсказанного жрецами племени майя, Наир предложил мне написать, что я думаю по этому поводу, а опубликовать написанное предполагалось в канун той роковой даты. Идея мне понравилась. Эссе было написано в сжатые сроки, что никоим образом не сказалось на его качестве, и вышло в номере от 20 декабря 2012 года…

Именно таких интересных предложений и творческих задач мне сейчас не хватает. Наир умел находить необычные темы и доверял их автору, позволяя раскрыться.

– Вы с большой теплотой описываете редакцию и ту неповторимую ауру, которая там царила. Чувствуется, что сотрудники были не просто коллегами – их роднило взаимное доверие и искреннее тепло. А каким руководителем был Наир и как ему удавалось поддерживать такую команду?

– Справедливости ради скажу, что атмосфера создавалась как начальством, так и подчиненными. Если сотрудники в коллективе относятся друг к другу хорошо, то в этом повинны практически все. Если в кабинете начальства тебя встречают уважительно, а в ньюсруме – доброжелательно, то чья в этом заслуга? Хотя, конечно, от капитана на корабле зависит очень многое…

Я ведь был там внештатным сотрудником, редакцию посещал наскоками, в тонкости взаимоотношений не вникал, да и не стремился. Но знаю, что руководителем Наир был чутким. Вернее, и деликатным, и целеустремленным одновременно. Редкое сочетание. Он умел убеждать без давления.

– В книге прозвучала сильная мысль: «Наверное, когда лучшие из фантастов создавали образы людей светлого будущего, они подразумевали именно таких, как Наир». Чего сегодня особенно не хватает нашему обществу?

– Да образы, выведенные в хороших утопиях, и натолкнули на эту мысль. Ведь будущее и его люди в описании мастеров фантастики всегда такие, что там хочется жить и работать. Чего недостает нашему обществу? Терпения, деликатности и просто уважительного отношения друг к другу. Люди не боятся обижать и унижать друг друга. За Наиром такого не водилось...

– Если бы этот материал мог прочесть сам Наир, как думаете, какова была бы его реакция? И что бы вы сами сказали ему сегодня?

– Забавно, но в ответе на этот вопрос кроется парадокс. Я бы очень хотел, чтобы Наир никогда не прочел этих строк, написанных после его смерти. Не уйди он из жизни, я, может, и вовсе не написал бы их… А вообще, Наир был человечен, но без излишней сентиментальности. Поэтому при встрече я, как всегда, просто крепко пожал бы ему руку – этот жест выразительнее многих слов.