Союз без общей границы

Президент Ильхам Алиев подписал закон об утверждении Договора о союзнических отношениях между Азербайджаном и Кыргызстаном. Документ, утвержденный 31 июля в Чолпон-Ате, закрепляет стратегический характер партнерства. Какое содержание получит этот союз и как его воспримут региональные игроки? Беседуем с кыргызским экспертом Маратом Мусуралиевым.

– У Азербайджана и Кыргызстана нет общей границы и очень разные внешние контуры безопасности: у Бишкека есть ОДКБ и тесная привязка к России и Китаю. Что на практике означают союзнические отношения между двумя странами, разделенными Каспием и Центральной Азией?

– Ну, если уж говорить начистоту, то ОДКБ – это «бумажный тигр». Полагаю, что изначально вошли туда по инерции и намекам Москвы. Государства ОДКБ зачастую имеют различные цели и интересы, и говорить об эффективности этой структуры, мягко говоря, затруднительно. Когда происходят боевые действия между членами ОДКБ, Секретариат организации их не пресекает соответствующими решениями, или когда Россия вторгается в Украину, производя наступательные действия, остальные члены организации узнают об этом из СМИ.

Привязка к России – да, остается, но она слабеет и из-за того, что почти все силы и средства РФ уходят на продолжение военной агрессии против Украины (формулировка резолюций генеральных ассамблей ООН). Зависимость от Китая нарастает, он уже начинает замещать РФ в части поставок ГСМ в регион ЦА, а его граждане занимают ощутимую долю на местном рынке труда. Это уже привело к нескольким инцидентам, по ряду из которых возбуждены расследования правоохранительными органами и в СМИ были заявлены обещания МВД о депортации нарушителей.

– Все чаще звучит тезис, что Баку и Бишкек строят общую тюркскую повестку через Организацию тюркских государств. Где проходит грань между культурно-исторической общностью и реальной геополитической конфигурацией?

– Только когда формально подписанные договора начинают насыщаться реализацией на практике, происходит реальное их исполнение и сближение стран. В этом отношении, полагаю, важно обеспечить экономическое сближение, и тогда доход от экономических отношений позволит обеспечить и остальные сферы сотрудничества между нами – культурную, гуманитарную.

Кыргызстану, как и другим странам ЦА, важно обеспечить активизацию отношений с Турцией и Азербайджаном, чтобы диверсифицировать отношения с внешним миром и сократить преобладание России и Китая в экономике и политике. Сбалансированность внешней политики крайне важна, поскольку допущение концентрации в любой сфере способно реализовать риски в них.

– А чем объясняется рост роли Азербайджана в международных отношениях?

– На то были объективные причины поэтапно выверенной политики Баку. По найденным в Каспийском море месторождениям Азери, Чираг, Гюнешли был подписан «Контракт века» с адекватным распределением пакетов акций по ним, прозрачными и понятными соглашениями по условиям разработки этих месторождений.

Несмотря на уговоры Кремля продолжить трубопровод по прежнему маршруту Баку-Новороссийск, Азербайджан проложил новые нефтепроводы через Грузию до Черного моря – Баку-Супса, до Средиземного – Баку-Джейхан и газопровод через Грузию и Турцию до Евросоюза.

Это позволило внутриконтинентальному Азербайджану выйти на мировые рынки нефти и газа. Причем по маршрутам, которые не затронули ни Отечественная война 2020 года, ни война России против Украины. И Кремль не имел возможности оказывать давление на указанные маршруты азербайджанских углеводородов. Отдельная история – что эти поставки позволили АР установить прочные военные связи с Турцией и военно-технические – с другими странами, реформировать армию и восстановить территориальную целостность.

– Товарооборот между двумя странами довольно скромен. Готов ли Кыргызстан с его ограниченным ресурсным потенциалом стать для Азербайджана чем-то большим?

– Средний коридор развивается, постепенно устраняются и технологические ограничения по транзиту грузов через Каспий, снижается стоимость грузоперевозок паромов.

Средний коридор через Казахстан выглядит более предпочтительным: он равнинный, не имеет ненужных промежуточных госграниц, где на прохождение контрольных процедур железнодорожные составы теряют до суток и более. На ряде участков железные дороги компании «Казахстан темир жолы» – двухпутные и электрифицированные, что также обеспечит скоростную перевозку грузов.

Что же касается достижения уровня большего, чем символический партнер, то для этого необходимо продолжить наращивать наши внешнеэкономические отношения. Мелководность сектора Каспия в его северной части ограничивает грузоперевозки, но это не помешает проектам в сфере связи. Интернет-кабель из Казахстана в Азербайджан недавно запущен, а электроэнергетики планируют проложить высоковольтную ЛЭП по дну Каспия для возобновляемых источников электроэнергии. Когда этот кабель будет проложен в Казахстан и далее соединен с его сетями, полагаю, к нему присоединятся и другие страны.

– Как этот договор воспримут в Москве, Пекине и Ташкенте с Астаной? Какой ответный шаг вы считаете наиболее вероятным в ближайшие год-два?

– Полагаю, тюркские государства отнесутся к договору лояльно. Пекин, в силу его менталитета, тоже публично не станет высказывать своего мнения. Россия из-за своей концентрированности на войне против Украины предпочтет промолчать, по крайней мере публично. Что касается «ответных шагов», то их, скорее всего, не будет. Но на карте сфер влияния эти страны отметят для себя договор о сотрудничестве как зону, которой следует уделить внимание ради сохранения своих позиций.