четверг, 06 Октября, 01:10

Baku Баку 20°C

Александр Михайленко: «Баку - это моя душа, здесь меня знают и любят» (Фото)

icon 1222 icon 11 августа 2022 | 17:53 Александр Михайленко: «Баку - это моя душа, здесь меня знают и любят» (Фото)

Бакинец Александр Михайленко около 50 лет поет в церковном хоре. Сначала выпускник Азербайджанской национальной консерватории выступал в составе капеллы храма Архангела Михаила, а с 2003 года он стал певчим архиерейского хора Кафедрального собора святых Жен-Мироносиц. На днях Александр Дмитриевич отметил юбилей – 70 лет. Корреспондент «Москва-Баку» побеседовала с Александром Михайленко, который рассказал о том, с чего начинался его творческий путь и поделился своим отношением к вере.

- Вы родились и выросли в Баку. Расскажите о своих родителях, каким было ваше бакинское детство?

- Отец приехал сюда практически с фронта, сразу после окончания Великой Отечественной войны, и решил остаться. Моя мама во время войны работала на бакинском секретном заводе, где выпускали снаряды для легендарных «Катюш». В июле 1942 года, в рекордные сроки, в Баку был создан новый завод Наркома боеприпасов по выпуску реактивных снарядов для «Катюш». Он так и назывался - Снаряжательным заводом. А детали, корпуса и снаряжение для реактивной системы производились на местных промышленных заводах разного профиля, с началом войны перестроивших свою работу на военный лад. Мамин завод располагался за стеной мебельной фабрики, расположенной на нынешнем Тбилисском проспекте.

В Баку родители познакомились и поженились. Сначала мы жили недалеко от военного городка, а после того, как папе дали квартиру, переехали в район Сальянских казарм. В этом доме я до сих пор живу. Прямо напротив Кафедрального собора святых Жен-Мироносиц. Это здание было построено в 1909 году при поддержке видного сына азербайджанского народа мецената Гаджи Зейналабдина Тагиева и на частные пожертвования верующих. Первоначально на этом месте было построено деревянное здание, а затем каменное. А после войны в нем располагался топографический склад, где и работал мой отец.

Маленьким, я част бывал у него на работе. Бегал с товарищами в саду, обрывал яблоки, за что получал «нагоняй» от местного сторожа. Я помню каждый выступ, каждую лепку на сводах этой церкви. Раньше под храмом имелся подземный ход, который вел до нынешнего парка Измира. Помню, когда этот храм начали восстанавливать, ныне покойный архиепископ Бакинский и Азербайджанский Александр, с которым мы дружили, интересовался у меня, как выглядело здание в середине прошлого века. И я многое восстанавливал по памяти.

- Как сын советского офицера, коммуниста стал солистом архиерейского хора Кафедрального собора?

- Мой отец был атеистом и ни во что божественное не верил. В то время так жили практически все граждане Советского Союза. Спустя годы я узнал, что в нашем роду было много священников. Практически всех расстреляли в 1937 году. К слову, я и сам, можно сказать, атеист. Да-да, представьте себе, в церковном хоре поют и атеисты. Для нас пение - работа, во время которой мы выкладываемся на все 100%. Я уважаю чувства верующих и это, думаю, главное. Итак, как я оказался в храме? Сразу после школы я поступил в Высшее общевойсковое командное училище им. Верховного Совета Азербайджанской ССР. Решил пойти по стопам отца. Но на втором курсе понял, что это - не мое. Я хотел заниматься музыкой, хотел петь. Сдал экзамены на вокальное отделение Бакинского училища им. Асефа Зейналлы и поступил. Там преподавали настоящие профессионалы своего дела. Те, кто когда-то учился у самого Узеира Гаджибейли. Представляете, какая это школа жизни?

В училище мне преподавал замечательный педагого Александр Акимович Милованов, который сказал как-то, что с таким басом как у меня нужно петь в опере. И отвел меня в Азербайджанский театр оперы и балета на прослушивание к замечательному дирижеру Назиму Аливердибекову. Тот прослушал и заявил: «Великолепно! Берем вас в театр «стажером», а потом – станете солистом». Я пытался возразить: «Как же так? Я же обещал теще, что стану солистом оперного театра». Молодость, амбиции… Я отказался от работы в театре, а в 1976 году меня пригласили петь в церковный хор бакинского храма Архангела Михаила. Мне всегда нравилась величественная церковная музыка, церковные песнопения. А после того, как восстановили Кафедральный собор святых Жен-Мироносиц, я стал петь в хоре этого храма.

В 1979 году я поступил в Азербайджанскую государственную консерваторию. Сдал только один экзамен по вокалу и меня сразу приняли. Уже тогда я стал выступать на концертах практически всех партийных съездов, которые проводились в Азербайджане. К тому времени я успел обзавестись семьей, воспитывал двух дочерей. И мне нужно было думать о том, как прокормить детей. Поэтому, подрабатывал, где мог.

- В храме знали, что вы – атеист? Как в новому певчему отнеслось духовенство?

- А я никогда этого и не скрывал. Приняли меня хорошо, отнеслись к моему «неверию» с пониманием. На прослушивание я попал к великолепному хормейстеру Василию Илларионовичу, который учился еще при царе. На тот момент ему было далеко за 70 лет. Послушав как я пою, он сказал: «Такой бас как у вас сегодня редко встретишь!». Так я стал петь в церковном хоре. Коллектив у нас сложился дружный и профессиональный. Мы выступали перед святейшими патриархами Московскими и всея Руси Алексием и Кириллом, когда они приезжали с визитом в Баку.

Основным же местом моей работы был коллектив Азербайджанской государственной капеллы, в составе которой я выступал на различных сценах страны. В Баку часто приезжал народный артист СССР, директор Московской консерватории, руководитель московской капеллы Александр Васильевич Свешников. Он объездил весь Союз, слышал огромное количество голосов, и часто повторял, что таких сильных голосов, как я Баку, редко встретишь.

- Вы поете в церковном хоре почти 50 лет. Неужели за эти годы ваш атеизм не стал слабее?

- Мои «атеистические» взгляды на мир пошатнулись после знакомства с Владыкой Александром. Это единственный священник, а их на своем пути я встречал немало, которому удалось изменить мое восприятие к религии. Не скажу, что я стал истинно верующим, нет… Но я поверил Владыке. Мы много лет общались с ним, дружили вплоть до его кончины. И я видел, как он относится к Богу и к церкви. И меня это отношение порой поражало. Владыка Александр никогда не навязывал мне свою точку зрения, не заставлял уверовать. Он говорил, что не собирается посягать на мое мировоззрение и не пытается изменить мое отношение к религии. Однажды только сказал: «Возможно, ты когда-нибудь придешь к Богу, а может – и не придешь. Это твое решение. Главное – оставайся хорошим, порядочным человеком, и делай то, что ты умеешь делать лучше всех – пой!».

- Каким Владыка Александр был в общении?

- Умным, порядочным, тактичным. Никогда никого не осуждал. Владыка был милосердным и душевным человеком. А как он говорил! Его ораторским искусством восхищался общенациональный лидер Азербайджана Гейдар Алиев, с которым Владыка был хорошо знаком. Владыка дружил с главой Управления мусульман Кавказа, шейх уль-исламом Аллахшукюром Пашазаде и называл его своим братом. Нам всем очень его не хватает…

В последние месяцы Владыка, конечно, понимал, что уходит. И принимал предстоящий уход с достоинством и смирением. Никакой паники и суеты. Каждодневная молитва, служба и работа. Когда Владыка скончался, его хоронил весь Баку. Люди разных вероисповеданий приходили проститься с ним. На похороны приехали его друзья – бывшие послы Беларуси и России в Азербайджане Николай Паскевич и Василий Истратов. Уход Владыки для каждого из нас было личным горем. Будто потеряли родного человека…

- Александр Дмитриевич, вы называете себя настоящим бакинцем. Что для вас Баку?

- Это моя душа. Я люблю Баку - любимый город, без которого не смогу жить. Мои дети живут в Москве, и я часто езжу к ним в гости. Но надолго не задерживаюсь. Скучаю по родине. Там, в Москве, я слушаю мугам, особенно люблю «Баяты -Шираз», «Шикесте» и «Шур». Волшебные звуки мугама словно напоминают мне о том, где я родился и вырос. В Баку меня знают и любят. Прихожане здороваются и улыбаются при встрече. И не имеет значения, какой ты национальности или в какого Бога ты веришь. Мы все – граждане одной страны и одинаково любим свою родину. Так что, из Баку я никогда не уеду. Здесь похоронены мои родители, и когда придет мое время, в этом городе похоронят и меня. Я даже уже подготовил себе место на кладбище, а Архимандрит Алексий лично меня отпоет.

Советуем почитать